Production-профиль безопасности
NXS_ANOMALY_PROFILE=production переводит все связанные с безопасностью значения по умолчанию в безопасное состояние одним переключателем, чтобы защищённая инсталляция не зависела от того, вспомнили ли вы про дюжину отдельных флагов. Каждое значение ниже по-прежнему переопределяется своей переменной окружения — явное значение всегда сильнее профиля, так что от любого пункта можно отказаться.
| Настройка | По умолчанию (без профиля) | В production | Переопределение |
|---|---|---|---|
| SSRF-гейт (блокировка приватных/loopback/link-local адресов доставки) | выкл | вкл | NXS_ANOMALY_BLOCK_PRIVATE_WEBHOOKS |
| Лимит приёма webhook (токенов/с на ключ интеграции, на под) | выкл (0) | 50 | NXS_ANOMALY_WEBHOOK_RATE |
| Лимит API (токенов/с на IP клиента, на под) | выкл (0) | 20 | NXS_ANOMALY_API_RATE |
Подписанный приём обязан нести X-Anomaly-Timestamp (окно повтора, см. API.md) | выкл | выкл (сначала обновить отправителей) | NXS_ANOMALY_WEBHOOK_REQUIRE_TIMESTAMP |
| Circuit breaker доставки (подряд идущих отказов на канал/цель) | 5 | 5 | NXS_ANOMALY_CIRCUIT_BREAKER_THRESHOLD |
| Новые inline-секреты в запросах создания/изменения | разрешены | отклоняются (нужен env:VARIABLE) | — (только профиль) |
Политики NXS_ANOMALY_BLOCKED_CHANNELS и NXS_ANOMALY_EGRESS_ALLOWLIST не получают неявных значений даже в production: допустимые мессенджеры и внешние домены — организационное решение, которое приложение не может угадать.
Cookie сессии и без профиля выставляются с флагом Secure (NXS_ANOMALY_SESSION_COOKIE_SECURE), а управляющий API и без профиля отклоняет неаутентифицированные запросы, пока его не откроют явно — профиль ничего из этого не ослабляет.
Что закрывает SSRF-гейт
URL, который сервис пойдёт запрашивать, выбирает любой, кто может править цепочку эскалации или цель уведомления. Поэтому при включённом гейте проверка обязана пережить недобросовестного получателя. Она выполняется в HTTP-транспорте, а не только над URL из конфигурации, и именно это делает верным следующее:
| Попытка | Результат |
|---|---|
| URL, указывающий прямо на приватный/loopback/link-local адрес | отклоняется до запроса |
Разрешённый хост отвечает 302 на 169.254.169.254 или внутренний сервис | отклоняется в момент соединения — проверяется каждый переход |
| Имя резолвится в публичный адрес при проверке и в приватный при соединении (DNS rebinding) | отклоняется — соединение идёт на уже проверенный адрес, второго резолва между ними нет |
| Имя отвечает публичным и приватным адресом одновременно | отклоняется целиком, а не «берём публичный» |
| Редирект на не-HTTP схему | отклоняется |
Редиректы между разрешёнными хостами по-прежнему выполняются, до обычного лимита в 10 переходов — провайдеры, отвечающие 302, продолжают работать.
С выключенным гейтом (умолчание вне production-профиля) ничего из перечисленного не действует, и доставка на локальный адрес работает как раньше — на это рассчитаны среды разработки.
Исключения для внутренних получателей
Получатель внутри вашей же сети — чат-шлюз в том же кластере, внутренний трекер — имеет приватный адрес по определению, и гейт его отвергает. Вместо того чтобы выключать гейт целиком (production-профиль в Helm-чарте этого не позволяет), назовите такой адрес в NXS_ANOMALY_BLOCK_PRIVATE_WEBHOOKS_EXCEPT:
NXS_ANOMALY_BLOCK_PRIVATE_WEBHOOKS_EXCEPT=gw.chat.svc.cluster.local,.corp.example,10.20.0.0/16Записи через запятую, в синтаксисе NXS_ANOMALY_EGRESS_ALLOWLIST:
| Запись | Что совпадает |
|---|---|
gw.chat.svc.cluster.local | это имя хоста — как оно написано в URL или в редиректе |
.corp.example | corp.example и все поддомены (но не evilcorp.example) |
10.20.0.0/16, 10.96.14.7 | адрес, к которому реально идёт соединение |
Предпочитайте имя хоста: оно исключает одного получателя, а CIDR на всю сеть сервисов открывает её целиком для любого, кто может править цепочку. Исключение снимает запрет только с приватных диапазонов (RFC 1918 и fc00::/7). Loopback, link-local (к нему относится cloud metadata 169.254.169.254) и unspecified-адрес отвергаются при любом списке. Остальное не меняется: адрес по-прежнему проверяется при соединении и на каждом редиректе. С выключенным гейтом список ничего не делает, о чём сервис предупреждает при старте.
Гейт и прокси доставки
Если для канала задан прокси (NXS_ANOMALY_DELIVERY_PROXY_*, см. PROXY.md), картина для этого канала меняется, и это стоит решить осознанно:
- адрес самого прокси разрешён всегда, даже приватный: egress-прокси на
10.x— обычная схема, и именно оператор его назвал; - адрес назначения проверяется настолько, насколько его видит сервис — его резолвит и набирает прокси, поэтому проверки на соединении нет. Заранее отвергаются IP-литерал из приватного, loopback или link-local диапазона и имя, которое локально резолвится в такой адрес; имя без локального ответа пропускается (в сети с намеренно испорченным DNS это обычный случай), а имя, которое во внутренний адрес превращает только DNS прокси, сервису не видно. Редирект на такой IP-литерал тоже отвергается;
- что продолжает действовать —
NXS_ANOMALY_EGRESS_ALLOWLIST, по написанному URL и на каждом редиректе, а также запрет не-HTTP схем; - каналы без прокси (включая попавшие в
NXS_ANOMALY_DELIVERY_NO_PROXY) проверяются полностью, как описано выше.
Практический вывод: проксировать имеет смысл каналы с фиксированным адресом провайдера (telegram, slack, mattermost, mobile). Для канала webhook, где URL задаёт редактор цепочки, прокси стоит включать только вместе с NXS_ANOMALY_EGRESS_ALLOWLIST.
Политика каналов и исходящего трафика
NXS_ANOMALY_BLOCKED_CHANNELS=telegram,slack,mattermost запрещает канал и при сохранении конфигурации, и непосредственно перед доставкой. Вторая проверка нужна для старых записей, созданных до включения политики.
NXS_ANOMALY_EGRESS_ALLOWLIST принимает через запятую точные hostname, hostname с ведущей точкой (домен и его поддомены) и CIDR. Если список задан, каждый исходящий HTTP destination и каждый редирект должны ему соответствовать; SSRF-проверка приватных адресов продолжает действовать независимо. Отказы имеют явные причины channel_blocked_by_policy и destination_not_allowlisted и не маскируются как успешная доставка.
Персональные данные
Production readiness предупреждает, пока не выбраны сроки хранения аудита, уведомлений, delivery attempts и web-сессий. Это предупреждение, а не автоматическая политика: юридически значимые сроки задаёт оператор. Процедуры экспорта/erase и перечень копий вне PostgreSQL описаны в DATA_INVENTORY.md.
Лимиты и число реплик
Лимитеры считают по-разному, и разница становится важной при масштабировании API.
| Лимитер | Где живут корзины | Область действия заданной величины |
|---|---|---|
Приём webhook (NXS_ANOMALY_WEBHOOK_RATE) | в процессе API | на под |
Управляющий API (NXS_ANOMALY_API_RATE) | в процессе API | на под |
| Попытки входа (не настраивается) | PostgreSQL | на весь кластер |
Первые два стоят на горячем пути, где обращение в базу на каждый принятый алерт стоило бы дороже, чем даёт защита; они существуют, чтобы один процесс не захлебнулся, а не чтобы держать общекластерную квоту. Поэтому при api.replicaCount: 4 и NXS_ANOMALY_WEBHOOK_RATE=50 инсталляция целиком принимает 200/с.
Chart принимает ту величину, которая вам действительно нужна, и делит её сам:
api:
replicaCount: 4
rateLimits:
webhookRatePerCluster: 100 # отрендерится как NXS_ANOMALY_WEBHOOK_RATE=25
apiRatePerCluster: 40 # отрендерится как NXS_ANOMALY_API_RATE=10Заданный напрямую NXS_ANOMALY_WEBHOOK_RATE (через config/extraConfig) по-прежнему работает и передаётся как есть — это величина на под.
Лимитер входа устроен иначе намеренно. Лимит на под для попыток пароля означает, что атакующий, распределяющий перебор по подам, получает N-кратное число попыток: лимит, которому глобальность нужнее всего, масштабировался бы вместе с инсталляцией. Его корзины живут в nxs_anomaly_rate_buckets (миграция 0024), а сам лимит — пять попыток, дальше одна в десять секунд, на IP клиента — действует на все реплики сразу. Списываются только неудачные попытки: успешный вход возвращает свой токен обратно, поэтому общий выходной IP не запирает собственных пользователей.
Если PostgreSQL недоступен, лимитер входа пропускает запрос, а не отклоняет его. Это осознанно: путь входа всё равно нуждается в базе, чтобы вообще проверить пароль, поэтому отказ «на всякий случай» превратил бы сбой базы в полную недоступность входа, ничего при этом не защитив. Событие пишется в журнал как rate_limiter_unavailable.
Ссылки на секреты (env:VARIABLE)
Секреты отдельных объектов, хранящиеся в базе — webhook_secret интеграции, webhook_url ChatOps-канала, headers ChatOps-канала и шага TRIGGER_WEBHOOK, push_token мобильного устройства — можно задавать ссылкой вместо литерала:
{ "name": "acme", "webhook_secret": "env:NXS_ANOMALY_ACME_HMAC" }В момент использования значение берётся из названной переменной окружения, так что секрет в открытом виде никогда не лежит в PostgreSQL. Если на экземпляре переменной нет или она пуста, webhook интеграции, требующей подпись, отклоняется с 503 и Retry-After (в логе — webhook_secret_unresolved), а не принимается без подписи. В production-профиле новый inline-секрет (не ссылка) отклоняется с понятной ошибкой; уже лежащие в базе legacy- значения продолжают работать, поэтому обновление версии не ломает инсталляцию — переводить их на ссылки можно в своём темпе.
Как убедиться, что профиль включён
И API, и worker пишут свою фактическую конфигурацию безопасности в журнал при старте. Быстрая проверка, что гейт работает:
# с профилем доставка на loopback-webhook отклоняется (SSRF-гейт)
NXS_ANOMALY_PROFILE=production nxs-anomaly serve ...Поведение покрыто регрессионным набором тестов безопасности (internal/{utils,engine,server}/*security*_test.go, *profile*_test.go), который выполняется в CI.